Тотчас после Керкета Данагуев возвещал:
— Не взойдет еще два раза луна на небе, как аб­рек абреков — Зелимхан — будет убит.
И либеральный, даже кадетствующий «Терский Край» делал хорошие дела жирными заголовками, вроде. «Накануне ликвидации зелимхановской эпо­пеи».
«Терский Край» по обязанности приветствовал во­влечение в ликвидацию Зелимхана самого населения. Ведь у него были бы новые, основания настаивать на реформах, которых с таким нетерпением ждет...
И однажды газета убила Зелимхана руками чечен­цев, спрятавших его труп, чтобы трофеи победы не до­стались дагестанцам. В другой раз атаковала отрядом мюридов в горах Андийского округа.
Но, увы, наместник приказал все-таки выслать шей­хов; но, увы, власть не уверовала в самодеятельность населения. Так как «если были случаи выдачи отдель­ными ингушами или чеченцами абреков, то только тех, которые являлись их кровниками. Но этого мало».
Власть не уверовала и разоружила отряды мюри­дов. И не напрасно. Уже 11 декабря газеты печатали под заголовком «Зелимхан окружен»:
«Начальник Веденского округа телеграфирует на­чальнику области, что нашел Зелимхана и окружил в харачоевских горах, где он заперся в пещере. С 8 ча­сов утра идет перестрелка. К вечеру с нашей стороны убито двое, ранено четверо. Потребованы из Ведено пироксилиновые шашки для взрыва. Начальником области предложено полковнику Моргания немедлен­но выехать в селение. Харачой. О дальнейшем сообщим по мере получения сведений».
Дальнейшее было чрезвычайно скромно. Полковник Мокрицкий телеграфировал:
«Окру­женный ночью со всех сторон разбойник скрылся. На­чальник округа воинского отряда всадниками пресле­дует».
Полковник Масленников телеграфировал: «9 де­кабря во время перестрелки с Зелимханом убит один казак, ранено три. Абрек скрылся. Поиски по следам производятся».
Полковник Моргания тоже телеграфировал: «По докладе командира пластунского батальона сегодня при осмотре пещеры около 9 ч. утра Зелимхана не ока­залось. При столкновении с ним убиты... поиски про­должаются».
Как началось и как кончилось в действительности? 8 декабря к командиру харачоевской экзекуционной и пластунской сотни явился «друг Зелимхана» Мах-мед Аскабов. Он назвал командиру место, где скры­вается Зелимхан со дня старо-сунженской истории: в пещере, в трех верстах от Харачоя, в 10 от Ведено, бряцающего оружием.
Харачоевский командир дал знать в укрепление, и ночью из Ведено выступила сотня пластунов, рота пехотного полка и казаков. По скату, по обледенелому гребню, взобралась часть отряда на вершину горы, от­куда через ущелье на противоположной обрывистой скале была видна пещера.
«По распоряжению начальника Веденского округа на скалу против пещеры было послано несколько че­ловек охотников и кровников Зелимхана. Взобравшись на вершину скалы, охотники увидели, что пешера чем-то заложена, и сделали по ней залп, на который из пещеры последовал ответ».
«В подкрепление к первой партии охотников были посланы еще: одна команда пластунов и один кровник Зелимхана. Через ущелье можно было рассмотреть, что выход в пещеру заделан плетнем, а рядом в скале устроены бойницы».
«Видя безуспешность стрельбы и невозможность открытого подступа к пещере, один из казачьих офи­церов, взобравшись на вершину скалы, начал бросать над входом в пещеру солому и хворост с целью за­жечь, но скат был настолько крутой, что ничто не удерживалось около пещеры, и все скатывалось в про­пасть».
«К вечеру пещера была окружена сторожевыми постами. К утру 10-го на скалу ввезено полевое ору­дие, из которого и решено было начать стрельбу по пещере».
Пока окружали пещеру, пока наводили на шема­ханскую царицу орудие, начальник округа ездил в Грозный за подкреплением и похвалился: «Зелимхан у меня в кармане».
Начальник округа был без пяти минут герой. Зав­трашнего дня. Послезавтрашнего. Того, в который он вытащит Зелимхана из своего кармана и покажет многоуважаемым грозненским нефтепромышленни­кам. Те спорили. Держали пари.
— Поймают.
— Не поймают.
Из Грозного выехали в Харачой фотографы. Сни­мать.
Начальник Андийского округа писал экстренно во­енному губернатору Дагестанской области:
«10 декабря ночью помощник начальника Гумбатовского участка сообщил мне частной запиской, что в пещере у селения Харачой осажден войсками абрек Зелимхан, и он, помощник, со всадниками и воору­женными жителями выезжает туда, дабы не допустить переход абрека, если бы он бежал в пределы округа, и принять по обстоятельству необходимые меры. С получением записки тотчас же командировал восемь всадников на усиление названного помощника и пред­ложил начальникам участков учинить надзор за всеми подозрительными пунктами в округе и на границе. 11 декабря возвратившиеся из Чечни через Харачой рассказывали мне, что Зелимхан действительно был окружен один в пещере, у самого селения Харачой, пи ту сторону речки, что протекает через селение, но, убив двух казаков и одного жителя, скрылся, никем не замеченный. В селение. Харачой, по словам оче­видцев, прибыли войска и направлены в разные сто­роны для розыска бежавшего. По тем же источникам, помощник начальника участка с обществом селения Анди занял линию границы и, учинив надзор за всеми хуторами, остается на горах.
12 декабря Саадуев доносил:
«К семи часам вечера мы, объехав все горы и по­дозрительные места, приехали к Харачою, т. е. к той пещере, где был окружен Зелимхан. Были уверены, что он или задержан, или окружен. Оказывается, что его выпустили на рассвете 10-го числа. Дело было так: вечером на 9-ое число начальнику округа сообщил один из харачоевцев, что Зелимхан в пещере, что он-де спит сейчас в пещере и чтобы пришли и взяли его. Начальник округа приехал к рассвету и, окружив пе­щеру, послал одного пастуха узнать, действительно ли Зелимхан там. Зелимхан предложил пастуху пере­дать начальнику:
«Я здесь. Иди сам и приведи войска. Русские толь­ко, не мусульманские».
Тогда начальник приказал стрелять в пещеру. Бомбардировка продолжалась до заката солнца. Зе­лимхан же сидел спокойно и не стрелял. Когда вой­ска перестали стрелять, Зелимхан произвел четыре выстрела, которыми убил двух и поранил двух. Тогда начальник округа стал посылать для переговоров лю­дей. Зелимхан ответил:
«Скажи начальнику, чтобы он сейчас по телегра­фу просил прощения всем, кто сослан и арестован из-за меня. Если к полночи не передадут мне ответа, что они помилованы, то я уйду из пещеры, хотя бы все русские войска ее окружили».
И действительно ушел,— заканчивает свое донесе­ние Саадуев.
Поиски, о которых телеграфировал Моргания, ни к чему не привели. Зелимхан ушел. Просто. Почти как из дому, почти как тогда, когда не был еще аб­реком. Перед зарей. Когда лег в ущелье туман.
Когда лег в ущелье туман, Зелимхан скользнул из пещеры. Вниз. На дно. Он омылся в речке, сделал намаз и пополз вверх, по скату, на котором оцепле­ние.
— Два пластуна сидели. Один направо сидел, дру­гой налево сидел. Я иду — смотрю, они сидят — тоже смотрят. Тогда я на середину пошел между ними, тог­да они к скалам прижались. Чтобы, как скалы, быть. Я пришел, ничего не сказал. Я прошел, они ничего не сказали. Баркалла! В каждом деле на полчаса надо терпение иметь.
Власть меньше всего предполагала этакую гени­альную упрощенность ухода и, сконфуженная, удари­лась в версетворчество. Были спешно созданы три версии:
«Прежде чем открыть стрельбу из орудия, в пеще­ру был послан переговорщик, один из родственников Зелимхана. Войдя в пещеру, он быстро вышел оттуда и начал кричать, что в пещере никого нет.
По словам очевидца, крик этот удручающе подей­ствовал на весь отряд, считавший на сей раз Зелим­хана своим трофеем.
Прежде чем начальник отряда отдал приказ об ос­мотре пещеры воинскими чинами, к пещере со всех сторон начали ползти якобы любопытные чеченцы, и этого муравьиного нашествия нельзя было остано­вить никакими приказаниями. По осмотре пещеры од­ни из любопытных остались в ней до прибытия воин­ских чинов, другие же быстро разошлись по разным направлениям скалы. В этой проделке переговорщи­ка, как говорят, и кроется секрет побега. Говорят, что Зелимхан, когда вошел переговорщик, был в пещере, и все это якобы несдержанное любопытство чеченцев было заранее придумано и подготовлено.
Всех чеченцев, которые ползли к пещере, как му­равьи, никто не догадался сосчитать, а еще в лучшем случае остановить, а потому с ними на обратном пути беспрепятственно мог выползти разбойник.
Версия вполне вероятная.
Ввиду именно этой версии, переговорщик и часть чеченцев, оставшихся в пещере, и были арестованы.
По другой версии, Зелимхан скрылся из пещеры ползком, вверх по скале. И действительно, кровавые следы до вершины горы были, но чьи они, этого опре­деленно, конечно, нельзя сказать. Сильный же туман горный не давал возможности часовым разглядеть ни­чего на расстоянии даже нескольких шагов. Сама природа как будто приходит на помощь к Зелимхану, и туземное население это учитывает как покровитель­ство свыше.
По третьей же, чисто народной версии, исчезнове­ние Зелимхана произошло значительно проще. Перед рассветом, после того, как стихла стрельба, из пеще­ры внезапно вылетел закутанный в башлык и обвязан­ный кругом бряцающим и звенящим оружием чече­нец — стремглав бросился под кручу. Стоявшие на часах и ошеломленные в первую минуту казаки броси­лись за ним. На всех постах и в отряде поднялась су­матоха. Крик, шум, выстрелы.
В результате же оказалось, что бесстрашно бро­сившийся в бездну, закутанный абрек была кукла, сделанная Зелимханом из бурки, самовара внутри и других побрякушек. Все бросились ловить куклу, а Зе­лимхан в это время скрылся.
Версию эту проверить трудно, но она далеко про­ще и, пожалуй, правдоподобнее других».